Недавно мне подарили небольшую книжицу, в коей я обнаружил лекции, проповеди и беседы православного священника,невинно убиенного протоирея Александра Меня, и поблагодарил Господа. Эти проповеди и беседы были когда-то (в 90-е годы прошлого века) записаны на магнитофоны прихожанами, а вот только сейчас были любовно собраны и выпущены в печатном издании. Одна из лекций меня заинтересовала больше чем остальные, и я решил разместить её на этом сайте, считая что она будет интересна не только мне. Что-то я в ней сократил, что-то прибавил от себя, но не настолько, чтобы её испортить "отсебятиной", а так, чуть подкорректировал её в духе нынешнего времени. (Александр Мень."Тайна жизни и смерти". издат. дом "Жизнь с Богом". Москва, 2008г.стр 50).
*****************************************************************************
С большим смущением подхожу к этой теме, во-первых, потому, что сегодня она волнует и занимает многих, но, боюсь, занимает не так, как хотелось бы. Во-вторых, эта тема необъятная, и потому будут затронуты лишь некоторые аспекты этой серьёзной проблемы. В-третьих, боюсь разочаровать тех, кто в порыве этакого правоверного энтузиазма захочет услышать от меня анафемы или призывы, столь любезные сердцу охотника на ведьм.
Я принципиальный защитник терпимости, веротерпимости. Ко всем взглядам стараюсь относиться достаточно объективно. Поэтому буду вам рассказывать о воззрениях, которые не разделяю, отнюдь не клеймя их и не унижая.
Точно так же, вероятно, разочарую тех, кто думает услышать от меня, что христианство готово на какой-то компромисс, синтез с рядом восточных идей, которые несовместимы с ним. Одним словом, я бы хотел коснуться вопросов, которые сейчас стали острыми, которые волнуют людей и обсуждаются. Сначала в контексте темы – бессмертия души.
Учение о бессмертии является характерной особенностью всех религиозных воззрений, значительной части философских систем, и это учение опирается на серьёзные выводы науки, на выводы психологии, философии. Это не просто легковерное отношение к действительности и не отвлечённая идея, а идея, прошедшая через человеческий опыт и разум. Она настолько глубоко вошла в человеческое сознание, что даже человек, который умом отрицает бессмертие, на самом деле в него верит, ибо не может вообразить себе небытия, полного уничтожения своей личности.
Среди различных точек зрения на форму бессмертия мы встречаем одну теорию, получившую распространение в конце позапрошлого века и сейчас у нас, в некоторых кругах нашей страны, да и в С.Ш.А. Эта теория, которая у греков называлась "метемпсихоза", в Индии – "сансара", обычно называется «переселение душ», "реинкарнация", или перевоплощение.
Когда говорят о перевоплощении, надо помнить, что этот взгляд очень редко встречается в истории духа, это своего рода исключение, потому что девяносто процентов мировых религий и философий стоит вне этой доктрины. Ислам не знает учения о перевоплощении; религии древнего Востока – Ассирии, Вавилона, Персии, Финикии – не знают этого воззрения; Заратустрийской религии также чуждо это учение; по существу, кроме индийской религии и некоторых отдельных, частных всплесков в Греции – этого учения религиозное мировое сознание не имеет. И даже если мы встанем на теософскую точку зрения, утверждающую, что во всех религиях одна истина, будет очевидно, что здесь оно является исключением.
Учение о перевоплощении возникло в ограниченном регионе, среди определённого этнического населения, в районе между Индийским субконтинентом и Австралией.
Впоследствии, когда племена Ариев пришли в Индию, около 2000года до нашей эры, они постепенно заимствовали концепцию переселения душ, но сами предки Ариев этой доктрины не знали. Древнейший памятник религии тех времён – «Ригведа» - ещё не знает теории переселения душ. И только потом, в начале 1 тысячелетия до н. э. в Упанишадах, в частности, в Брихадараньяки-Упанишаде, впервые упоминается эта концепция.
Что же такое переселение душ?
Это учение имеет три формы. Первая форма – та, которая имеется в древних текстах Упанишад. Почему там возникло это представление? Потому что, согласно учению древних индийцев, в мире действует только Бог – и человека нет, и нет никого, кроме Него. Только Бог рождает из Себя мироздание и снова в Себя втягивает. Подобно тому, как солнце выбрасывает из себя протуберанцы, подобно тому, как из океана рождаются волны, разбиваясь о скалы, и снова уходят в океан, так все явления мира возникают, рождаясь из недр Божественного, и погружаются обратно в Него.
О перевоплощении каких-то душ говорится довольно условно, потому что, в конечном счёте, перевоплощается не человек, а Брахман, Единое Божественное. Он входит в этот мир, и каждый из нас, согласно этой концепции, есть лишь всплеск этого Брахмана, каждый из нас единосущен Божеству, и только надо опознать в себе эту тайну и помнить, что рано или поздно ты вернешься в это состояние. Тогда будет ясно, что перевоплощение души в других людях, в животных – это всё временные этапы, это часть грандиозных игр мирового океана, грандиозных моментов воплощения Абсолюта. В этой картине есть своё величие.
Но христианство иначе смотрит на вещи. Есть ли здесь что-нибудь общее с церковной точкой зрения? Да, несомненно, есть. Прежде всего, глубинная традиционная христианская точка зрения полностью согласна с учением Упанишад и других философов о том, что Божественная тайна невыразима, несовместима в наши понятия, что Божественное – это то, что находится по другую сторону частных конкретных человеческих мыслей, слов и определений. Но если в Упанишадах мы находим мысль, что высшая Божественная Личность – Атман – то это может определяться только отрицательно, что Он есть «не то, не то и не то», то же самое говорят и христианские богословы: Бог не может быть целиком, и адекватно втиснут в прокрустово ложе наших земных человеческих представлений.
Далее, христианство полностью разделяет взгляд, который проповедует Восток, о том, что духовное, безусловно, важнее материального, что духовное – это некая высшая ступень развития бытия, и что дух должен господствовать над телом, ибо «не хлебом единым жив человек». Здесь общность налицо.
Кроме того, в Упанишадах есть понятие "мокша" – спасение. И христианство это разделяет. Человечество, мир находятся в страдающем, болезненном состоянии; он нуждается в избавлении, спасении, а тот, кто не отдаёт себе отчет в этом, тот и будет прозябать во мраке. "Мокша" в Упанишадах – это великая жажда спасения. И христианство, которое ставит в центр своей проповеди учение о Спасителе и о спасении, конечно, является религией спасения. Но и здесь есть различие: для Востока спасение заключено, прежде всего, в осознании единства человека и Божества, полной тождественности. И для этого возникли определённые методы и упражнения – так родилась и техника йоги – для того, чтобы это осознание в себе вызвать и реализовать. Собственно, главная беда человека, согласно Упанишадам, в "авидьи", т. е. в неведении: человек не знает, что он часть Божества. *
Для христианства человек – творение. Он "не был" и "стал". Между бездной Абсолютного и нами – относительными – нет перехода, нет того излияния силы, которая бы превратилась в человека и мироздание. «В начале сотворил Бог небо и землю». «Небо и земля» – символ, образ Вселенной. Не излил из Себя, не исторг из Своих недр, а сотворил.
«Да будет свет», «Да произведёт вода душу живую», т. е. Абсолютное не рождает, а творит – вот здесь важнейшее, принципиальное, качественное отличие. Мы не единосущны Богу, мы – творение! Когда боговидец Моисей спросил у Бога: «Кто Ты есть? Как имя Твое?» Он ответил: «Я Сущий, Я Тот, Кто есть». Бог даёт понять, что его как бы нет, его бытие рождено потому, что Он дал ему бытие. *
В конце концов, согласно Упанишадам, единственным субъектом мира является только Бог. Согласно христианскому воззрению – Творец и второй, «малый Бог» – созданный им человек. Не излияние, а новая воля, противостоящая Ему, причём свободная, способная восстать против своего Создателя, противится Ему, и если желает прийти к Нему, то свободно. Спасение без свободы осуществляться не может.
У атеистов в 20-е годы сложился такой софизм для незадачливых людей: «Может ли Бог создать такой камень, который Сам не сможет сдвинуть?». Если Он не может, значит, Он не всемогущ, а если может, то опять не всемогущ, потому, что Он не может его сдвинуть.
Бердяев ответил: «Может, и этот камень есть человек». Человек… потому что он образ и подобие Божие, не излияние Бога, а alter ego, Его второе «я», созданное Им, а не рождённое.
Так вот, если учение о спасении как таковое нас роднит, то понимание спасения у нас совершенно разное. Для христианства спасение есть приобщение к Божественной жизни, но не растворение в ней. Для авторов Упанишад, для великих мудрецов Индии и тех, кто следовал за ними, высший этап спасения – полное исчезновение личности, ибо личность есть временный всплеск на поверхности бытия, а на самом деле есть только одна Личность, к Которой надо вернуться – это сверхличность Бога.
В Евангелии мы находим совершенно противоположную точку зрения: Господь говорит о том, что ангел каждой души предстоит на небесах перед Богом. (Мф.18:10), т. е. Ему дорог каждый. Созданная личность драгоценна для Творца, она не является только частью чего-то. Какое огромное различие!
В брахманизме, в Упанишадах, перевоплощение возможно потому, что Абсолют как бы входит в этот мир и играет в нём, играет, превращаясь в людей, зверей, в растения и т. д. Но потом Он должен вернуть всё обратно.
Есть в Индии другой вид учения о перевоплощении, буддийский, созданный в рамках великой религиозно – философской системы, основанной Гаутамой Буддой. Это пессимистическое воззрение.
Согласно учению Будды, личности не существует. Личность – это скандха, сумма некоторых элементов, которые потом продолжают существовать, но как таковая личность исчезает. Перевоплощение в буддизме, строго говоря, является лишь данью традиционным индийским взглядам, а в действительности, перевоплощаются лишь те элементы, дхармы, которые когда-то были выведены из состояния покоя, и вот они входят в мир, создают людей, души. Потом это распадается, но зло, сотворённое людьми, переходит в следующее воплощение. Того человека уже нет, но его зло, его болезнь, идут из поколения в поколение. И самое великое счастье – прекратить этот поток бесконечных возвращений. Спасение для буддизма – в том, чтобы пресечь жажду жизни, тришну, в том, чтобы выйти за пределы этого тяжёлого бытия. Поэтому, в конечном счёте, буддизм является учением о развоплощении.
Христианство есть учение о воплощении, о том, что Бог приходит в этот мир, и Он освящает небо, и землю, и звёзды, и плоть человека. Воплотившийся становится одним из нас, плоть и кровь человеческая струится в жилах Богочеловека. И личность не разрушается, а разрушается в ней только зло. Но если разрушается зло – это становится колоссальной опасностью для личности, ибо, выражаясь образно, чем больше зла в личности, тем меньше от неё остаётся. Потому что всё должно пройти сквозь «огнь». Естественно, речь идёт не об огне физическом. Входя в атмосферу земли, метеорит накаляется и сгорает. Входя в атмосферу иных миров, в душе сгорает всё злое, всё тёмное, всё чёрное, и полнота бытия человека в посмертии в значительной степени зависит от того, сколько, выражаясь опять-таки метафизически, остаётся после этого сожжения.
Прочитано 12637 раз. Голосов 3. Средняя оценка: 2,33
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Какой бред, спасибо , что узнал какой ерундой А.Мень страдал. Комментарий автора: К счастью... не все так думают, как Вы. Вы ещё малы для этого...
брат Cева
2010-03-27 13:21:04
Что же вам конечно комфортно за этим бреом прятаться, и важничать. Понятно, что больше ничего не остаётся как создавать вид - что вё в порядке.
А всё далеко не в порядке.
Думаю, что ваша совесть легко подскажет вам, что это так, но есть шанс усыпить совесть - очередной выдумкой.
Поэзия : В Австралии на улицах Сиднея (стих Веры Кушнир) - Надежда Горбатюк Несколько лет назад в баптистской церкви в Кристал Паллас на юге Лондона подходило к концу утреннее воскресное служение. В это время в конце зала встал незнакомец, поднял руку и сказал: «Извините, пастор, могу я поделиться небольшим свидетельством?» Пастор взглянул на часы и ответил: «У вас есть три минуты.» Незнакомец сказал: «Я лишь недавно переехал в этот район, я раньше жил в другой части Лондона. Сам я из Сиднея, Австралия. И несколько месяцев назад я навещал родственников и прогуливался по Джордж Стрит. Это - улица в Сиднее, которая пролегает от бизнес кварталов до Рокса. И странный седовласый мужичок вышел из магазина, сунул мне в руку брошюру и сказал: «Извините меня, сэр, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, пошли бы вы на Небеса?». Я был потрясен этими словами. Никто мне никогда этого не говорил. Я вежливо поблагодарил его и всю дорогу в самолете до Хитроу я был озадачен этим. Я позвонил другу, который жил неподалеку от моего нового места жительства, и, слава Богу, он оказался христианином. Он привел меня ко Христу. Я - христианин и хочу присоединиться к вашему собранию.» Церкви обожают такие свидетельства. Все аплодировали, приветствуя его в собрании.
Тот баптистский пастор полетел в Аделаиду в Австралии на следующей неделе. И десять дней спустя посреди трехдневной серии собраний в баптистской церкви в Аделаиде к нему подошла женщина за консультацией. Он хотел удостовериться в каком положении она находится перед Христом. Она ответила: «Я раньше жила в Сиднее. И всего пару месяцев назад я посещала друзей в Сиднее, и в последние минуты делала покупки на Джордж Стрит, и странный небольшого роста седовласый старичок вышел из дверей магазина, подарил мне брошюру и сказал: «Извините меня, мадам, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на небеса?» Меня взволновали эти слова. Вернувшись в Аделаиду, я знала, что в квартале от меня находится эта баптистская церковь, я разыскала пастора, и он привел меня ко Христу. Так что, сэр, я христианка.» На этот раз этот лондонский пастор был очень озадачен. Уже дважды за две недели он услышал одно и то же свидетельство.
Затем он полетел проповедовать в баптистскую церковь Маунт Плезант в Перте. И когда его серия семинаров подошла к концу, пожилой старейшина церкви повел его обедать. Пастор спросил: «Старина, как ты получил спасение?» Он ответил: «Я пришел в эту церковь в пятнадцать лет через Бригаду Мальчиков. Но я никогда не посвящал себя Иисусу, просто запрыгнул в фургон вместе со всеми. Из-за своей деловой хватки я достиг влиятельного положения. Три года назад я был в деловой поездке в Сиднее, и надоедливый несносный старичок вышел из дверей магазина, дал мне религиозный трактат (дешевая макулатура!) и пристал ко мне с вопросом: «Извините меня, сэр, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на небеса?» Я пытался сказать ему, что я баптистский старейшина, но он меня не слушал. Всю дорогу домой до Петра я кипел от злости. Я рассказал это пастору, думая, что он поддержит меня, а мой пастор согласился с ним. Он годами волновался, зная, что у меня нет взаимоотношений с Иисусом, и он был прав. Таким образом, мой пастор привел меня к Иисусу всего три года назад».
Лондонский проповедник прилетел обратно в Великобританию и выступал на Кессекском съезде в округе Лэйк и рассказал эти три свидетельства. По окончании его семинара четыре пожилых пастора подошли и сказали: «Кто-то из нас получил спасение 25, кто-то 35 лет назад через того же мужчину небольшого роста, который дал нам трактат и задал тот вопрос».
Затем на следующей неделе он полетел на подобный Кессекский съезд миссионеров на Карибах и поделился этими свидетельствами. В заключении его семинара три миссионера подошли и сказали: «Мы спаслись 15 и 25 лет назад через тот же вопрос того невысокого мужчины на Джордж Стрит в Сиднее.»
Возвращаясь в Лондон, он остановился в пригороде Атланты Джорджия, чтобы выступить на конференции корабельных капелланов. Когда подошли к концу три дня, в течение которых он поджигал тысячи корабельных капелланов для завоевания душ, главный капеллан повел его на обед. И пастор спросил: «Как вы стали христианином?» Тот ответил: «Это было чудо! Я был рядовым на военном корабле Соединенных Штатов и жил распутной жизнью. Мы проводили учения на юге Тихого океана и пополняли запасы в доке Сиднейского порта. Мы с лихвой оторвались в Кингз-Кросс, я был пьян в стельку, сел не на тот автобус и сошел на Джордж Стрит. Когда я вышел из автобуса, я подумал, что вижу приведение: пожилой седовласый мужичок выскочил передо мной, всунул мне в руку брошюру и сказал: «Матрос, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на Небеса?» Страх Божий обрушился на меня тут же. От шока я протрезвел и побежал обратно на корабль, разыскал капеллана, который привел меня ко Христу, и я вскоре начал готовиться для служения под его руководством. И вот под моим руководством сейчас свыше тысячи капелланов и мы сегодня помешаны на завоевании душ.»
Шесть месяцев спустя этот лондонский проповедник полетел на съезд 5000 индийских миссионеров в отдаленном уголке северо-восточной Индии. Человек, отвечавший за съезд, скромный нерослый мужчина, повел его к себе на незатейливый обед. Проповедник спросил: «Как вы, будучи индусом, пришли ко Христу?» Тот ответил: «Я находился на очень привилегированной должности, работал в индийской дипломатической миссии и путешествовал по миру. Я так рад прощению Христа и тому, что Его кровь покрыла мои грехи. Мне было бы очень стыдно, если бы люди знали, в чем я был замешан. Одна дипломатическая поездка занесла меня в Сидней. Перед самым отъездом я делал покупки, и, обвешанный пакетами с игрушками и одеждой для моих детей, я шел по Джордж Стрит. Обходительный седовласый мужичок вышел передо мной, предложил мне брошюру и сказал: «Извините меня, сэр, вы спасены? Если бы вы умерли сегодня, вы бы пошли на Небеса?» Я поблагодарил его, но это взволновало меня. Я вернулся в свой город и нашел индусского священника, но он не мог мне помочь, зато он дал мне совет: «Просто чтобы удовлетворить свое любопытство, пойди и поговори с миссионером в миссионерском доме в конце улицы». Это был судьбоносный совет, потому что в тот день миссионер привел меня ко Христу. Я немедленно бросил индуизм и начал учиться для служения. Я оставил дипломатическую службу, и вот я, по благодати Божьей, руковожу всеми этими миссионерами, и мы завоевываем сотни тысяч людей для Христа».
Наконец, восемь месяцев спустя, баптистский пастор Кристал Палас служил в Сиднее, в его южном пригороде Гаймейр. Он спросил баптистского служителя: «Знаете ли вы невысокого пожилого мужчину, который свидетельствует и раздает трактаты на Джордж Стрит?» Он ответил: «Знаю, его зовут мистер Генор, но я не думаю, что он все еще этим занимается, он слишком слаб и стар.» Проповедник сказал: «Я хочу с ним встретиться.»
Два вечера спустя они подошли к небольшой квартирке и постучались. Невысокий, хрупкий мужчина открыл дверь. Он усадил их и заварил чай, но был на столько слаб, что из-за дрожания расплескивал чай на блюдце. Лондонский проповедник поведал ему все истории, произошедшие за последние три года. Слезы текли по глазам невысокого старичка. Он сказал: «Моя история такова: я был рядовым матросом на австралийском военном корабле и вел распутную жизнь, но в моей жизни наступил кризис, я на самом деле зашел в тупик. Один из моих коллег, чью жизнь я буквально превращал в ад, оказался рядом, чтобы помочь мне. Он привел меня к Иисусу, и за сутки моя жизнь перевернулась, ночь превратилась в день, я был так благодарен Богу! Я обещал Ему, что буду делиться Иисусом в простом свидетельстве по меньшей мере с десятью людьми в день, как Бог будет давать мне силу. Иногда я был болен и не мог этого делать, но тогда в другие разы я наверстывал. Я не был параноиком в этом, но я делал это свыше сорока лет, а когда я вышел на пенсию, самым лучшим местом была Джордж Стрит – там были сотни людей. Я получал множество отказов, но многие люди вежливо брали трактаты. Сорок лет занимаясь этим, я до сегожняшнего дня ни разу не слышал об обращении хоть одного человека к Иисусу.»
Я бы сказал, что это точно посвящение. Это должна быть чистая благодарность и любовь к Иисусу, чтобы делать это, не слыша ни о каких результатах. Моя жена Маргарита сделала небольшой подсчет. Этот, не обладавший харизмой баптистский мужичок, повлиял на 146100 человек. И я верю, что то, что Бог показывал тому баптистскому проповеднику, было лишь самой верхушкой верхушки айсберга. Только Бог знает, сколько еще людей было приведено ко Христу.
Мистер Генор умер две недели спустя. Можете ли вы себе представить, за какой наградой он пошел домой на небеса? Я сомневаюсь, что его портрет мог бы когда-нибудь появиться в журнале Харизма. Вряд ли бы о нем когда-нибудь появилась похвальная статья с фотографией в журнале Билли Грэма «Решение», какими бы прекрасными ни были эти журналы. Никто, за исключением небольшой группы баптистов на юге Сиднея, не знал о мистере Геноре. Но я скажу вам - его имя было знаменито на Небесах. Небеса знали мистера Генора, и вы можете себе представить приветствия и красную ковровую дорожку и фанфары, которые встретили его дома!
